Печать
Категория: Тексты сказочной географии

Былина

Объекты: море Карское, море Арапское (Аравийское море).

Из за моря то, моря, братцы, синего,

А из за синего моря из-за Карского,

Из за Карского моря, Арапского

А приходило три чернёных три-то корабля,

А в тих-то кораблях пришло поганое Идолище

Как ко ласковому князю ко Владимиру.

Он пришел ведь к нему сватом свататься

На любимые всё его племянницы,

Как на душечке все Марфы Дмитревны.

Говорил то он да таковы речи:

– Уж вы гой еси, мои да три татарина,

Уж вы младые мои всё корабельщички!

Вы подите-ка ко городу ко Киеву,

А ко ласкову ту князю ко Владимиру,

А как сватайтесь на его любимой на племяннице,

Чтобы с чести он отдал за меня, с радости,

А без драки ведь да кроволития.

А расскажите про меня, про Идолища:

А как руки мои по трёх сажон,

А как тулово мое – как сильной бугор,

Голова моя – да как пивной котёл,

Глаза ти у меня – да как пивны чаши.

А как придёте ко князю ко Владимиру,

А да станете вы да свататься,

А как будет просить сроку на три годика,

Не давайте-ка сроку на три годика;

А как будет просить да на три месяца,

Не давайте сроку на три месяца;

Будет просить да на два месяца,

Не давайте ему сроку на два месяца;

А как станет просить на три неделечки,

Не давайте ему на три неделечки;

А как станет просить на три суточки,

А бессрочного времени на свете нет.

А приходят три-то корабельщичка

Ко князю ко Владимиру да в светлы светлицы,

А не кстят они лица поганого,

Не молятся да чудным образам,

Как бьют они челом Владимиру,

А князьям, боярам не бьют челом, не кланятся:

– Уж ты здравствуй ка, Владимир стольнокиевский!

– Уж вы здравствуйте, дородны добры молодцы,

А да три-то младых вас да корабельщичков!

А ведь разве пришли вы торговать товарами да разноличныма?

Вы торгуйте у мня безданно и беспошлинно.

Говорят тут три татарина:

– Не товарами пошли торговать да разноличныма,

Мы пришли к тебе да сватом свататься

На твоею на любимой на племяннице

За того же за поганого Идолища.

Ты отдай за него да с чести, с радости,

А без драки отдай да кроволитныя.

А ты с чести не отдашь, – мы боём возьмем.

Руки, ноги у Идолища по трёх сажон,

А как тулово его – как сильной бугор,

Голова его – да как пивной котёл.

– Уж вы гой еси, млады три да корабельщички!

Уж вы дайте мне ка сроку на три годика подумати.

– Не даим то мы те сроку на три годика,

Не даим то мы те сроку на два годика,

Не даим тебе сроку на единый год,

Не даим тебе сроку и на три месяца,

Не даим тебе сроку на три неделечки.

– Ах, отдайте мне ка сроку на три суточки!

Говорят тут три татарина да три мурина:

– А бессрочного, братцы, времени на свете нет.

А давали князю сроку на три суточки.

А да как пошли они на черны корабли,

Да приходят они на черны корабли,

Говорит поганое Идолище:

– Уж вы гой еси, мои млады да корабельщички!

А я дам ему то сроку на три месяца.

А во ту пору, во то время

Собирал то Владимир князь почесен пир

А на князей своих, на бояр же.

А как вси на пиру сидят, пьют, едят да проклажаются.

Говорил то Владимир таковы слова:

– Как ведь вси да князья, бояра!

А пришло ко мне-ка свататься поганое Идолище

На любимой то моей племяннице,

Как на душечке на Марфы всё да Дмитревны.

Заступите-ка за ней, за мою племянницу.

А как говорили князья, бояра:

– Мы не будем губить народу православного

За твою ту родную племянницу,

А не будем проливать крови по-напрасному.

Как пошел то Владимир князь да со честна пиру,

А повесил буйну голову с могучих плеч,

Он пошел прямо к Марфы Дмитревны в светлу светлицу.

А как увидала Марфа Дмитревна –

Как идет её-то дядюшка не по-старому да не по-прежнему,

Не по-прежнему да не по-досельнему,

А да как спрошала Марфа Дмитревна:

– Ещё что же ты, дядюшка Владимир князь,

А придёшь ты ко мне не по-старому, не по-прежнему,

Ты повесил буйну голову с могучих плеч?

– Уж ты гой еси, моя родна любимая племянница!

А как подошло туто поганое Идолище,

А как сватайтся на тебе, всё на Марфы Дмитревны,

А как сам он говорил да таковы речи:

Еще с чести не отдам, дак «мы боём возьмем».

Как его-то руки, ноги – по трёх сажон,

А ведь тулово – как сильной бугор,

Голова его – да как пивной котёл,

Очи ясны у него – да как пивны чаши,

А как нос его – как палка дровокольная.

Говорит тут Марфа Дмитревна:

– Уж ты гой еси, дядюшка мой родимыя!

Не губи народу по-напрасному,

А не проливай крови горячую,

А отдавай меня да с чести, с радости,

Без драки отдай да кроволитныя.

А только дай придано – три чёрных три корабля:

А первой-то корабель грузи ты зеленым вином,

А второй-то корабль нагрузи да пивом хмельным же,

А третей-то корабль нагрузи да мёдом сладким же.

Провожатых дай моих братьев крестовых, все названых же:

А первого-то брата дай Добрынюшку Микитича,

А второго-то брата дай Михайлушка Игнатьева,

А третьего брата Олешеньку Поповича.

А как дават ей князь три чёрных корабля,

Нагружат напитками разноличныма.

Повелась у князя тут ведь свадьба же.

Посылали звать Добрынюшку с Михайлушком –

Душой то красных девицей,

А пошли они-то звать к Марфы Дмитревны на девью плачь.

Они ходят зовут да красных девицей,

А зовут они молодых-то вдов,

А зовут-то они жён ведь мужния:

– Уж вы милости просим, души красны девицы,

К Марфы Дмитревны на девью плачь!

Вас зазвала то Марфа Дмитревна на девью плачь.

А как тут скоро сбирались красны девицы,

А как белые лебедушки на заводи слеталися.

А как не бела тут на заводи, бела лебедь воскикала,

А как слёзно Марфа Дмитревна восплакала.

Тут заплакали да слёзно красны девицы,

А да тут пуще заплакали по ней молоды вдовы,

Ещё пуще тут заплачут жены мужние.

А да как отплакали тут да красны девицы,

А пошла у Владимира свадьба навеселе.

Как пришёл то тут поганое Идолище,

А садился он за столы да белодубовы,

За питья, за ествы сахарные.

А как ест он, татарин, по-звериному,

А как пьет то он да по-скотиному.

А как пили, ели, напивалися,

А пошли они, повели Марфушку на черны корабли.

А как провожают ей народ да православныя,

Провожают ей да слезно плачутся.

А как приходила Марфушка на свой чернён корабль,

А заходит она в каюту корабельную,

А при ею тут Добрынюшка Микитич млад.

Потянула поветерь тиха способная,

А пошли тут корабли да во сине море,

Во сине море да во свое село.

А как русская земля да потаилася,

Как поганая земля да заменилася.

А как по Божьей-то было-белыц по милости,

По Марфушкиной было участи,

А как пала тут ведь тиха тишина,

Не несёт то никуда да чёрных кораблей.

А как выходила из каюты всё ведь

Марфа Дмитревна на палубу,

А сама она ведь говорит да таковы речи:

– Уж ты гой еси, да брат крестовыя!

Постарайся-ка ты изобелыц всих же,

Подорожи моей да буйной головой,

А кричи поганому Идолищу во всю голову,

А чтобы он стянулся всима корабли да во одно место;

Уж вы пойте-ка татаровей всих допьяна,

А я сама пойду поить поганого Идолища.

А да как закричал Добрыня громким голосом:

– Уж ты гой еси, поганое Идолище!

А зовет тебя Марфа то Дмитревна

Стягатися да черныма корабли:

Она хочет сделать пир на радости,

Что своя земля да потаилася,

А как ваша земля да сременилася.

Как услыхал тут поганое Идолище,

А весьма он сделал весьма радостен,

Приказал он во едно место связатися.

Повела ли тут Марфа Дмитревна поганого Идолища

В свою каюту корабельную,

А садила его на стул на ременчат же,

А садила за те ествы за сахарные,

Она стала наливать то чары зелена вина,

А как стала наливать да чары пива хмельного,

На закуску, на запивку мёду сладкого.

А как начал тут Идолище пить-есть да без опасности.

А он пьёт-то вино досуха,

Запиват да пивом хмельныим,

Закусыват да мёдом сладкиим.

Вдостали зашаталася его да буйна голова,

А валила его на кроваточку тесовую,

На мягку перину на пуховую.

Захватил-то он Марфу в охапочку,

А как заспал он сном да богатырскиим,

А со сна на ней накинул руку правую,

А накинул на ней да ногу правую,

А да чуть под ним жива лежит,

Душа в теле полуднует.

Закричала она громким голосом:

– Уж ты гой еси, ты брат мой крестовыя!

А сойми с меня руку Идолища,

А скинь с меня ногу поганого!

Прибежал Добрынюшка в каюту корабельную,

А как сметыват с ней праву руку,

А как скидыват он с ней всё леву ногу.

Как соскакивала Марфа с кроваточки,

А выскакивала она на палубу ту корабельную.

Как хватил Добрыня востру саблю же,

А отсёк Идолищу да буйну голову.

Заскакало тут поганое Идолище.

А как он присёк его ведь намелко,

А сметали его да во сине море,

Как рубили татаровей да до единого.

Потянула им-то поветерь да всё способная

А да как ко городу ко Киеву,

А ко ласкову князю ту ко Владимиру.

Как приходят они в красен Киев-град,

Услыхал тут всё Владимир князь да со княгинею,

Как стречали со всего города со Киева,

А как собиралися народа православные.

Тут пошел у князя пир навеселе, на радости.

Просмотров: 889